5 ошибок архитектуры модернизма В чем были неправы Ле Корбюзье и его последователи — объясняем через историю пяти скандальных модернистских проектов.

Часть 5.

5. Капсульная башня «Накагин», Токио, Япония (1970–1972)
Архитектор: Кисё Курокава

Исследователь европейской послевоенной архитектуры Богдан Черкес од­нажды за­метил, что «чем больше трагедия, тем ярче представления о рае» 
. Возможно, огромное количество фантастических урбанистических прожектов 1950–60-х годов как раз свидетельствует о желании как можно скорее попасть в будущее, заслуженное долгими страданиями и многими ошибками. Этот эс­капизм стал отдельным, очень плодотворным направлением архитектурной мысли.

Архитекторы исходили из того, что на смену homo economicus, то есть рядо­вому современному потребителю, должен прийти homo ludens — человек играющий. Новая архитектура должна была не предопределять поступки, а, наоборот, вдохнов­лять жителей города на участие в спонтанных акциях и действиях. Авторы этой идеи, члены французского «Ситуационистского интернационала» 
, рассма­три­вали город как область пересечения разнооб­разных эмоциональных и игро­вых зон. Воображая город, живущий по этим законам, архитекторы сочиняли мегаполисы, в которых все циркулирует в едином ритме, а за любые вспомога­тельные функции отвечают роботы. В большинстве таких проектов город либо приподнят над землей, либо едва соприкасается с ней. Человеку, уже не привязанному к месту работы и не ско­ван­ному социальными обязательствами, остается лишь путешествовать, насла­ждаться, творить.

В городе, лишенном четкого плана и функции, архитектура должна была быть предельно мобильна и трансформируема. Японская теория метаболизма, став­шая популярной в конце 1950-х годов, очень близко подошла к этому прин­ципу разрушающей открытости архитектурного проекта. 13-этажная башня «Накагин» архитектора Кисё Курокавы — среди немногих воплощенных проектов метаболистов. Фактически это два бетонных остова, вокруг которых собрано 140 жилых капсул. По замыслу капсулы изготавливаются на заводе и при необходимости легко заменяются (до сих пор все элементы башни — оригинальные и ни одна капсула не была добавлена к проекту или заменена). Бетонная ячейка размером 4 на 2,5 метра крепится к бетонному остову всего четырьмя болтами. Внутри — минимальная необходимая обстановка: встроен­ный шкаф, крохотная кухня, туалет, душевая, кондиционер.

Вопреки ожиданиям сегодня большая часть капсул занята офисами. Жить в контейнере оказалось не очень удобно, и «Накагин» так и не стал основой для развития города будущего. Гигантское окно-иллюминатор напоминает о том, что, возможно, в мире homo ludens квартира-шаттл действительно была бы востребованна, но в реалиях традиционного мегаполиса стесненность и ас­кетичность скорее стали недостатком. В 2007 году жильцы дома проголо­совали за снос здания, но благодаря активному сопротивлению историков архитек­туры и самого Куракавы было решено ограничиться реконструкцией башни.